16 / 2016: события прошлогоднего арт-рынка, которые повлияют на нынешний. Часть 1

В преддверие крупных информационных поводов – ярмарки The Armory Show, отчетов по рынку искусства от Artprice и TEFAF – мы решили напомнить читателям ARTFINEX о 16-ти наиболее любопытных происшествиях, случившихся в прошлом сезоне. Некоторые из них были довольно громкими, другие прошли незаметно – однако, с большой вероятностью, они окажут влияние на дальнейшее развитие арт-рынка.

1. Служебный роман: Sotheby’s & Art Agency, Partners

2016 год начался с громкого приобретения: Sotheby’s объявил о покупке арт-консалтинга Art Agency, Partners за $85 млн., из которых $50 млн. составил первый платеж, а $35 млн. – возможные бонусы, если сделка окажется прибыльной для аукционного дома. Новый актив Sotheby’s сразу же породил череду слухов: от вывода средств для уплаты дивидендов акционерам аукционного дома (чистой прибыли в кризисный период ждать не приходилось, а удержать совладельцев от продажи акций было необходимо), до совладения Sotheby’s предметами искусства, которыми управлял Art Agency, Partners. Правда, на наш взгляд, в другом: консалтинг был создан двумя годами ранее, сотрудниками Christie’s Аланом Шварцманом и Эми Каппелаццо, ушедшими от с клиентской базой в области Post War & Contemporary. Фактически, речь идет о покупке лояльности клиентов извечного конкурента Sotheby’s. Следует понимать, что «бонус» в размере $35 млн. зависит от того, насколько новые коллекционеры будут охотно покупать через новый аукционный дом. Впрочем, Art Agency, Partners оказался самодостаточным организмом: после слияния с Sotheby’s одна лишь консалтинговая деятельность Шварцмана и Каппелаццо принесла новым владельцам порядка $7 млн. за сезон. Напомним, что за многолетнюю историю соперничества, Christie’s всегда делал ставку на развитие отношений с топ-коллекционерами, а Sotheby’s – на технические и коммуникативные новшества. В 2016 году оказалось, что «новшеством» может быть покупка базы «отношений» через красивую схему.

2. Базель-funding

В конце 2014 года насквозь коммерческий MCH Group (владелец ярмарок под брендом Art Basel) решил, наконец, сделать благотворительный проект, поддержав некоммерческое искусство. И сделал это... за народные деньги, запустив краудфандинговую платформу, собравшую к июню 2016 года более $1 млн. 6,700 дарителей из 92 стран мира поддержали, экспонировавшиеся на отдельных базельских площадках, 37 выставочных проекта из Афганистана, Австралии, Канады, Колумбии, Коста-Рики, Гватемалы, Гаити, Италии, Мексики, Мьянмы, Нигерии, Шри-Ланки, Таиланда, Вьетнама и совсем бедных Великобритании и США. Сразу после окончания ярмарки MCH Group объявил о новом сезоне денежных сборов, которые обязаны превзойти прошлые показатели. Какие уроки мы выносим в 2017 год? Первый: краудфандинг на должном уровне для арт-проектов работает, нужно только громкое имя заявителя и наработанная аудитория ($2,3 млрд., собранные одним только Kickstarter на креативные проекты, тому подтверждение). Второе: стеснения собирать деньги для некоммерческих проектов бизнес-структурами быть не должно, если деньги эти правильно и с пользой освоены. И третье: Ай Вевей, годом ранее попросивший для выставки в Royal Academy через краудфандинг «всего» £120 тыс. (на привоз дополнительных скульптур для внутреннего двора), после новостей из Базеля наверняка до сих пор в депрессии. Одним словом: краудфандинг жив и стабилен, но научитесь тратить деньги на промоушен вашей кампании в СМИ. Желающих искать вашу страничку с приготовленными деньгами в руках – попросту нет!

3. Параллельный рекорд

Пока на рынке изобразительного искусства наблюдалось затишье в отношении рекордов стоимости, идущий параллельным курсом ювелирный рынок принес новый рекорд. $57,5 млн. в мае 2016 года отдал за бриллиант Oppenheimer Blue неизвестный покупатель на Christie’s в Женеве, обновив планку, державшуюся полгода: предыдущий рекорд был также установлен в Женеве (правда, на Sotheby’s), и составлял $48,6 млн. Правда, в ноябре 2015-го покупатель был известен: миллиардер из Гонконга Джозеф Лау приобрел Blue Moon для семилетней дочки и китайского международного пиара. Почему мы отмечаем «ювелирную» продажу в событиях арт-рынка? Причин тому несколько. Во-первых, люди с деньгами в периоды кризиса смещают акцент покупок с изобразительного искусства на драгоценности – у камней и слитков выше ликвидность. Во-вторых – обе сферы в последние сезоны начали сближаться, породив новое направление в эпоху Instagram: Jewlery by Artists, или Wearable Art. Отсюда третье наблюдение: деньги и желание расставаться с ними присутствуют даже сейчас. Распределение этих денег – уже дело трендов. Но Sotheby’s и Christie’s своих «ювелирных» клиентов без пары Де Кунингов так просто не отпустят.

4. Догнать и перегнать Китай

В июле 2015 года, после обвала на китайском фондовом рынке, мало кто верил в быстрое восстановление не только интереса китайских коллекционеров к искусству, но и экономики страны в целом. До конца года оборот внутреннего арт-рынка сократился с $6,6 млрд. (2014) до $4,9 млрд. (2015), а «не-приезд» в Лондон и Нью-Йорк состоятельных китайцев стоил мировому арт-рынку потери набора высоты и первого провального сезона после нескольких лет уверенного подъема. Однако, в первой половине 2016 года Китай не только вернулся в большую игру, но впервые в истории стал лидером среди национальных арт-рынков – 35,5% мирового оборота! Традиционно доминирующие США вынуждены были отступить на второе место, посетовав на вялость собственных коллекционеров. Однако, без «красной руки» снова не обошлось: дело в том, что в последние сезоны до 9% американского искусства в Нью-Йорке покупали именно коллекционеры из Китая. В 2016-м они просто вновь сосредоточились на национальном продукте. Но главная восточная новость в 2016 году была другой: Китайская страховая компания Taikang купила 13,5% акций Sotheby's, став

однним из мажоритарных акционеров. Впрочем, это не первое ее арт-приобретение – в свое время Taikang запустила второй по объему продаж в стране (и четвертый – в мире) китайский аукционный дом China Guardian. Как теперь это скажется на политике Sotheby’s: «уронят» ли China Guardian, объединив коллекционеров, либо оставят его для материкового Китая – а Sotheby’s продолжит наращивать обороты в Гонконге?

5. Господа оформители

C 2012 года стоимость квадратного метра в Манхеттене, Майами и Малибу уверенно ползла вверх, оставив позади ипотечный кризис. Но прошлым летом в США, к неожиданности многих, рынок элитного жилья оказался под угрозой: продажи критично снизились, местами до 55%. Что в этой ситуации сделал бы отечественный застройщик? Снизил бы цену, либо заморозил продажи, а возможно возвел дополнительные перекрытия, превратив каждую элитную квартиру в несколько бюджетных. В США поступили наоборот: пригласили кураторов, наполнили апартаменты предметами искусства, создали профессиональное освещение и климат – и подняли цену вдвое. Хотите Джакометти из «ранних» прижизненных тиражей? Пожалуйста. Нравится минимализм Кусамы нью-йоркского периода? Повесим. Не знаете, что лучше будет и притягивать в апартаменты новых звездных соседей? Расскажем. Нельзя сказать, что подобная услуга не существовала ранее – однако сотрудничество риэлтеров и арт-консультанов в 2016 году вышло на новый уровень.

6. Burning Man – «обратный путь» биеннале?

С тех пор, как в 1986 году группой бессознательной молодежи был сознательно сожжен деревянный человек на пляже Сан-Франциско, прошло 20 лет. Первые девять сезонов фестиваль Burning Man не имел ни оргкомитета, ни четко выделенной ежегодной тематики. С 1999 года у фестиваля появился куратор, и стихийные арт-проявления приобрели некую структурность. Впрочем, «истэблишментом» арт-сообщества Burning Man по-прежнему, если не игнорировался, то считался маргинальным: посещали почти все, но делились фотографиями немногие. Наконец, в 2016 году, фестивалю уделили внимание ведущие арт-издания, а верхушка художественного рынка наконец отметилась на горящих пляжах в Instagram. Вам ничего не напоминает этот путь развития? Нам – Венецианское биеннале, с той лишь разницей, что до 1970 года предметы искусства на ней можно было покупать (после для этих целей открылась ярмарка в Базеле). Станут ли скульптуры, презентованные на Burning Man скоро продаваться? И если да – как это соотнесется с идеей фестиваля, согласно которой большинство искусства должно быть сожжено? В пользу коммерциализации говорит и тот факт, что издательство TASHEN в марте 2017 года выпустит альбом Art of Burning Man, с 16-летней фото-историей фестиваля. Ждем гламурного пепла в престижных коллекциях.

7. Герхард Рихтер – гроза картин

В ноябре немецкое издание The Daily Beast обнародовало интервью с Герхардом Рихтером, в котором немецкий художник заявил, что с начала 2000-х уничтожил более 60 собственных работ на общую сумму в $655 млн. Примечательно, что новость-старость активно растиражировали отечественные СМИ, но никто из влиятельных зарубежных. Означает ли это, что художник ушел в «самоволку» и поделился секретной информацией на исторической родине? Скорее, наоборот: слил ее там, где публика не особо разбирается в маркетинговых ходах арт-рынка – зато исправно считает. Рихтер уверяет, что уничтожил работы из творческих побуждений – однако с немецкой точностью стоимость утраченных полотен подвел. Но как подвел! На аукционах его живопись выставлялась более 1600 раз, при этом средняя стоимость работ свыше $1 млн. (а таковых 138) составила $7,5 млн. Остальные балансируют в пределах от нескольких десятков тысяч до $1 млн. А неискушенный коллекционер, поделив $655 млн. на 60 уничтоженных работ (разных периодов и ценовых диапазонов), получит среднюю стоимость свыше $10 млн., посчитав ее «золотой серединой». И будет ориентироваться на нее, совершая дальнейшие покупки. Более того, сам факт «изымания» работ из оборота делает оставшиеся дороже – на фондовом рынке это называется «обратным сплитом акций». Словом, Клод Моне, сгоряча порезавший один из вариантов пруда с лилиями, смотрит сверху и искренне завидует предприимчивому последователю. Сколько таковых будет у самого Рихтера? Первый прецедент положен.

8. Insta и Баския

Экс-глава отдела Christie’s, а теперь свободный арт-дилер (с наработанной клиентской базой) Брэтт Горви в декабре заявил, что продал работу Баскиа за $24 млн. через… Instagram. Пока новость тиражировалась в первозданном виде, всплыли подробности: речь шла о работе, выставленной на торги Christie’s в Гонконге – а покупатель (американец) всего лишь узнал о ней из социальной сети, а затем приобрел при посредничестве Горви. Кроме того, сама живопись изначально находилась в «резерве», а на предаукционную выставку была отправлена с целью, скорее, встряхнуть гонконгскую публику эстимейтом американского художника – но никак не быть проданной местному покупателю. Арт-издания разделились во мнении: те, что изначально поверили в случайную многомиллионную продажу, продолжили гнуть линию, убеждая рынок в светлом будущем Instagram, как конкурента аукционным домам – другие посчитали заявление арт-дилера маркетинговым ходом с целью увеличения подписчиков (на момент продажи у Брэтта Горви их уже было 54 тыс.). Как бы то ни было, информационный прецедент создан: Instagram включен аукционными домами и галереями в список самых активных каналов обратной связи, а художникам и вовсе помогает продавать работы «с нуля» последние пару лет. К слову, аккаунт Горви, помимо работ на продажу, содержит цитаты известных художников, закулисье арт-рынка и тексты песен Дэвида Боуи и Леонардо Коэна. Тезис «зарабатывай на живых, прикрываясь покойниками» работает во все времена.

Продолжение - во второй части материала.


 СЛЕДИТЕ ЗА НАМИ: 
  • Facebook B&W
  • Twitter B&W
  • Instagram B&W
 ПОСЛЕДНИЕ ПОСТЫ: 
ПОИСК ПО ТЭГАМ:
Тегов пока нет.

© 2016-2018 ARTFINEX